Все вампиры, которых вы знаете — от Носферату до Алукарда из «Хеллсинга», от Лестата до графа Олока из «Реальных упырей» — восходят к одному реальному человеку. И это не Влад Цепеш. Это Пётр Благоевич, сербский крестьянин, умерший в 1725 году. Именно его труп, «неправильно разложившийся», породил слово «вампир» в том виде, в котором мы его знаем.
Благоевич жил в селе Кисилево, на территории современной Сербии. В молодости был гайдуком — воевал против османов в нерегулярных отрядах. Потом осел, стал пахарем. В 1725 году умер — по разным данным, в возрасте около 62 лет.
И тут началось странное.
В течение примерно десяти недель после его смерти в селе умерли ещё девять человек. Причём умирали быстро — все в течение восьми дней. И каждый перед смертью успел сообщить одно и то же: покойный Пётр приходил по ночам, ложился на грудь и душил. Даже вдова Благоевича рассказывала, что муж явился к ней и потребовал свои опанаки — традиционную сербскую обувь из кожи. Она так испугалась, что переехала в другую деревню.
Крестьяне решили, что тянуть больше некуда.
Вампир. Литография Рене де Морена 1864 года из «Les Tribunaux Secrets» Поля-Анри-Корантена Феваля
Фото: wikipedia
Фото: Оливер Бунич/AFP
Чиновник, который не хотел, но согласился
На тот момент Сербия недавно перешла от Османской империи под контроль Габсбургов. Австрийская администрация отправила в Кисилево военного чиновника — Эрнста Фромбальда. Он должен был провести эксгумацию «по форме», вместе с местным священником.
Но Фромбальд сначала отказался. Сказал, что нужно разрешение вышестоящих властей. И тогда крестьяне пригрозили: если он не поможет, они все бросят деревню и убегут. Австрийский чиновник оказался между молотом и наковальней — либо нарушить бюрократический порядок, либо допустить опустошение целого села. Он согласился.
Фромбальд, судя по всему, был человеком добросовестным, но совершенно не готовым к тому, что увидит. Позже он написал в рапорте:
«Во рту его, я не без удивления заметил некоторое количество свежей крови, каковую, по общему показанию, он высосал из убитых».
Тело Благоевича, по его описанию, выглядело так: лицо румяное, тело полнее, чем при жизни, ногти и волосы заметно отросли, старая кожа слезла, а под ней обнаружилась «новая». Изо рта торчали клыки.
На иллюстрации изображена сцена из викторианского «грошового ужаса» (penny dreadful) «Варни-вампир, или Кровавый пир» (Varney the Vampire; or, The Feast of Blood), написанного в 1845–1847 годах Джеймсом Малкольмом Раймером и Томасом Прескеттом Престом.
Дальше — самое известное место в этом отчёте. Когда в сердце Благоевича вбили кол, из ушей и рта покойника, по словам Фромбальда, «вытекло много свежей крови», а также «случились иные дикие знаки, каковые я из высокого уважения опускаю». Историки почти единодушны: речь шла об эрекции, которую священник и имперский комиссар обнаружили у трупа. С точки зрения современной судебной медицины это абсолютно нормально — газы, давление, физиология разложения. Но тогда это выглядело как неопровержимое доказательство нечистой силы.
Заброшенная ветряная мельница возле Кисильевоского кладбища, которую сельский совет хочет превратить в гостиницу для туристов, привлекаемых легендой о вампире Петре Благоевиче
Фото: Оливер Бунич/AFP
Крестьяне, скорее всего, называли Благоевича не «вампиром», а «упырём» — точнее, каким-то местным вариантом этого древнего славянского слова. Фромбальд, записывая рапорт на немецком, передал услышанное так, как понял. И в этой передаче слово превратилось в «вампир».
Рапорт Фромбальда попал в венскую газету «Wienerisches Diarium» — и стал сенсацией. Это, по сути, первое документально зафиксированное появление слова «вампир» в европейской печати. Не в художественной литературе, не в проповеди — в официальном военном отчёте, растиражированном газетой.
Лютеранский пастор Михаэль Ранфт, вдохновившись историей, написал трактат с роскошным названием «О жующих мертвецах в могилах». Французский богослов Огюстен Кальме подхватил тему и развил её. С Кальме начал полемизировать сам Вольтер — и, что характерно, использовал образ вампира как политическую метафору: спекулянты и биржевые игроки, говорил он, суть вампиры. Маркс позже писал о «вампирской сущности капитализма».
В Сербии тем временем началась настоящая вампирская истерия. Крестьяне массово раскапывали могилы, искали упырей, вбивали колы. Имперская администрация была вынуждена вмешаться. Императрица Мария Терезия отправила разбираться своего личного врача — тот пришел к выводу, что никаких вампиров не существует. После чего вышел указ, запрещающий вскрытие могил без разрешения. Истерия постепенно сошла на нет.
Но было поздно. Вампир уже стал частью общеевропейской культуры.
Современный вампир — это аристократ в плаще с подкладкой. А сербский упырь, по описаниям фольклористов, выглядел совсем иначе. Пол Барбер в книге «Vampires, Burial, and Death» (1988) отмечает, что славянский вампир — это не элегантный граф, а «растрёпанный крестьянин» или, по описанию одного учёного, «кровавый мешок», который появляется, когда дьявол сдирает кожу с тела и надувает его. Этот образ — раздутое, бесформенное нечто — гораздо ближе к реальному Благоевичу, чем к Беле Лугоши. Тот, кого мы сегодня называем вампиром, имеет с реальным прототипом куда меньше общего, чем принято думать.
На изображении представлена страница австрийской газеты «Wienerisches Diarium» от 21 июля 1725 года, содержащая первое задокументированное в истории печатное упоминание слова «вампир» (Vampyri).
Вампиромания была не только сербской
После истории Благоевича волна прошла по всей Габсбургской империи. Например, в 1755 году в деревне Фрай-Хермерсдорф (сегодня Чехия) местный совет эксгумировал 29 трупов и сжёг 19 из них за «посмертное колдовство». Родственников «осуждённых» заставляли вытаскивать тела из могил через специально проделанное отверстие в стене кладбища с помощью крюка и верёвки. Это показывает, что случай Благоевича был не изолированным эпизодом, а спусковым крючком для общеевропейской паники.
На иллюстрации изображен старинный европейский ритуал изгнания или уничтожения «вампира» на кладбище (около 1893 года, Румыния).
BILDAGENTUR-ONLINE/UIG/GETTY IMAGES
Медицинская сторона: что видели крестьяне на самом деле
С точки зрения судебной медицины всё объяснимо. Гнилостная эмфизема развивается через 3 суток после смерти, а через неделю появляются гнилостные пузыри и отторжение эпидермиса. Тело Благоевича пролежало 10 недель — то есть процессы давно должны были зайти далеко. Раздувшееся от газов тело кажется полнее. Те же газы заставляют кровь приливать к коже, делая её румяной. Они же издают звуки, когда тело протыкают колом, особенно если воздух вышел через дыхательные пути. Именно поэтому «свежий» вид трупа, отросшие ногти и «новая кожа» казались крестьянам сверхъестественными: они видели то, что противоречило их повседневному опыту.
«Девять стадий разложения тела» (Кусо-дзу) — традиционный жанр буддийской живописи и графики, показывающий постепенный распад человеческого тела после смерти
Но по уровню реального садизма Цепеш не так уж выделялся среди балканских правителей своего времени. Настоящие «вампиры» XX века — это серийные убийцы вроде Ричарда Чейза из США, который пил кровь жертв и ел внутренности животных, считая, что так излечится, или Фрица Хармана из Германии, который работал тайным полицейским осведомителем и использовал служебное положение, чтобы находить жертв — он перегрызал им горло, убив 27 человек.
Фото: wikipedia
Череп Мурнау
Поскольку речь о «Носферату» — вот жуткая деталь из реальной истории кино. В 2015 году могилу режиссёра Фридриха Вильгельма Мурнау вскрыли, и череп режиссёра был украден. Полиция предположила, что его могли использовать для сатанинского ритуала. Человек, снявший первого вампира в кино, сам стал объектом посмертного культа. Круг замкнулся.
Фото: germania-online.diplo.de
- Ветка боярышника — бросали в гроб: считалось, что вампир, пытаясь встать, наткнётся на шипы и не сможет двигаться.
- Серп у горла — если покойник попробует сесть, то сам себя обезглавит.
- Затыкание отверстий — нос, уши и рот забивали землёй или чесноком, чтобы дьявол не мог «войти» в тело.
- Голова между ног — для тех, кто «плохо себя вёл» при жизни: отрубить голову и положить её в ноги, «на всякий случай».
Фото: Pinterest
Что всё это значит
История Благоевича — это история о том, как непонимание процессов разложения, страх и «удачный» момент создали один из самых живучих мифов в истории культуры.
Сейчас мы знаем, что раздувшееся от газов тело кажется полнее. Газы заставляют кровь приливать к коже, делая её румяной. Те же газы издают звуки при протыкании — особенно если воздух выходит через дыхательные пути. Это физика и биология, не мистика.
Но в 1725 году этого не знали. И потому скромный сербский крестьянин, чей труп просто разложился не так, как ожидали односельчане, стал точкой отсчёта для всей вампирской традиции — от готических романов до «Сумерек», от «Носферату» до «Реальных упырей».
Как писал Стокер о Дракуле: «Вампир, живущий среди нас, силён, как двадцать человек». Но, кажется, он имел в виду зверя внутри нас. И человечество всё ещё не победило графа Дракулу в себе.