Виктор Столбун – фигура совершенно иного рода. Это не уголовник, а педагог с неоконченным медицинским образованием. В 1970-е годы он изобрёл якобы эффективный метод лечения, названный «дозированным центропетально-реперкуссивным воздействием» (ДЦРВ). За наукообразным названием скрывалась жуткая практика: с помощью хлорэтила, который при многократном применении расслаивал кожу, Столбун «лечил» пациентов. Он утверждал, что ДЦРВ способно излечить и рак, и шизофрению. «Лечение» проводилось в условиях общины: люди, обратившиеся к нему за помощью, должны были держаться вместе и порвать все связи с родственниками. Это классический приём сект – изоляция от внешнего мира, создание «осаждённой крепости».
Особенно чудовищным было обращение с детьми, так как нередко родители приводили в секту своих детей, где их «лечили» ударами тока и побоями. В самой секте считали, что избиения помогают улучшить работу мозга. Бывшая участница вспоминала: «Мы жили в грязи и вшах. Я была тем ребёнком, которого били больше всех». Все попытки властей прекратить его деятельность Столбун называл попыткой «греховного и больного мира» восстать против организации. И ему удавалось уходить от ответственности во многом благодаря высокопоставленным и влиятельным адептам, которые прикрывали его деятельность. Секта Столбуна просуществовала 20 лет. И лишь в 1996 году в России полностью запретили использование его практик в отношении детей. Сам лжеучёный умер в 2003 году.
Когда смотришь на всё это многообразие от подпольных скопцов и «огненных» самоубийц до сатанистов, начинаешь замечать общие черты. Советское государство, преследуя сектантов, создавало им мученический ореол. Как отмечали в НКГБ, аресты не пугали, а лишь подтверждали «избранность». Уходя в подполье, общины консервировались и сохранялись лучше, чем если бы им дали спокойно развиваться и постепенно растворяться в современности. Так, в условиях запрета секты вырабатывали особые формы выживания: замурованные окна, тайные собрания в пещерах и подземельях, систему курьеров для связи между общинами, «странников», передававших послания из города в город. Можно отметить и то, что в отличие от дореволюционного сектантства, где лидерами часто были искренние фанатики, советские секты 1960-1980-х годов нередко создавались преступниками, которые использовали религию как прикрытие для обогащения и удовлетворения садистских наклонностей.