Иван Филатов
Шерлок Холмс – мастер смены образа
Известнейшего детектива в массовой культуре, созданного английским писателем Артуром Конаном Дойлем, знают многие. Преданные фанаты персонажа смогут вспомнить эпизод с переодеванием Шерлока в рассказе «Скандал в Богемии». Как оказалось, и за рамками литературного пространства английский детектив не единожды преображался до неузнаваемости.


В 1979-1986 годах советский зритель мог наблюдать на экране приключения Шерлока Холмса в исполнении Василия Ливанова. Данная версия по праву может считаться наиболее близкой к первоисточнику. В противовес ей, в 2009 британский режиссер Гай Ричи показал своего лондонского сыщика. Роберт Дауни Младший, исполнивший Холмса в новой картине, подарил персонажу свою фирменную харизму и саркастичность. Обновлённый Шерлок стал чаще переодеваться и пускать в ход кулаки, скрывая пытливый ум за несерьезностью, граничащей с самодурством. Сюжет киноленты в своей основе был полностью оригинальным. Лондон у нового Холмса также был более дерзким и менее опрятным.

Другое известнейшее воплощение Шерлока не сходило с экранов в 2010-2017 годах. В это время шло вещание одноименного телесериала. Исполненный британским актером Бенедиктом Камбербэтчем, детектив перенесся из викторианской Англии в современность. Эта версия лондонского сыщика отличалась отчужденностью, исключительным самомнением и почти сверхъестественным умом, граничащим с гениальностью.

Самые внушительные метаморфозы произошли с Шерлоком Холмсом, когда за экранизации его приключений взялись мультипликаторы. В 1986 году на экраны вышел анимационный фильм «Великий Мышиный Сыщик». В нём известные герои предстали в образе мышей, сменив свои имена, но не характеры. Объединив усилия, детектив Бэзил и его компаньон – военный врач Доусон – пытались отыскать отца маленькой девочки. По ходу дела хвостатая версия Холмса помешала злобным планам вконец «озверевшего» профессора Мориарти. Главный противник Холмса в картине примерил на себя шкуру крысы с характерным именем – Рэтиган.


Алиса в стране психопатии
«Алиса в стране Чудес» – сказка, написанная английским математиком, поэтом и прозаиком Чарльзом Лютвиджом Доджсоном под псевдонимом Льюис Кэрролл. Изданная в 1865 история о девочке, попавшей в страну фантазий, считается одним из лучших образцов литературы в жанре абсурда.
«Алиса в стране Чудес» – сказка, написанная английским математиком, поэтом и прозаиком Чарльзом Лютвиджом Доджсоном под псевдонимом Льюис Кэрролл. Изданная в 1865 история о девочке, попавшей в страну фантазий, считается одним из лучших образцов литературы в жанре абсурда.

Ощущение нереальности, добродушной безумности происходящего вдохновило разработчика игр Американа Макги. В «American McGee's Alice» (2000 год) и «Alice: Madness Returns» (2011 год) он представил Страну Чудес как плод больного воображения девочки, потерявшей семью в пожаре. Если первая игра целиком концентрировалась на фантазиях Алисы, то вторая перенесла ее из тесных палат психиатрической клиники на грязные улицы депрессивного Лондона. Путешествие в другой мир стало не только способом пережить травму, но и возможностью сбежать от мерзкой действительности.

Алиса от Макги, в отличие от своего прототипа, выделяется не любознательностью, а готовностью встретить проблему с ножом в руке. Главного антагониста игры 2011 года – психиатра, зомбирующего малолетних пациентов – она и вовсе скинула под поезд. Впрочем, это не помогло ей спастись от безумия, утянувшего ее в Страну Чудес. Может, это и к лучшему.


Лев, Странник и новое пришествие Иисуса Христа
Христианская Библия по праву считается самой популярной книгой в истории человечества. Неудивительно, что многие авторы вдохновлялись ей. Отечественный читатель сможет вспомнить Иешуа Га-Ноцри. В отличие от оригинала, этот пророк, описанный Михаилом Булгаковым в романе «Мастер и Маргарита», не был божьим сыном.

Христианская Библия по праву считается самой популярной книгой в истории человечества. Неудивительно, что многие авторы вдохновлялись ей. Отечественный читатель сможет вспомнить Иешуа Га-Ноцри. В отличие от оригинала, этот пророк, описанный Михаилом Булгаковым в романе «Мастер и Маргарита», не был божьим сыном.

Еще одна альтернативная версия Христа – лев Аслан, властитель и создатель страны и мира Нарнии, описанной в серии фэнтезийных повестей (1950-1956 годы) за авторством Клайва Льюиса. Сам автор никогда не скрывал того, что при работе над книгами вдохновлялся Священным Писанием. И этому есть множество подтверждений.

Так, например, само создание Нарнии произошло посредством песни так же, как сотворение нашего мира по Библии началось со слова. Как и Христос, Аслан перенес тяжкие телесные муки и смерть ради благой цели, а после – воскрес, чтобы утвердить власть добра над сотворенным им миром. Заключительная книга цикла – «Последняя битва» – в свою очередь, повторяет основные идеи Страшного суда. Краху Нарнии предшествует появление антихриста – осла, переодетого во льва – который сводит ее жителей с правильного пути. В конце повести Аслан возвращается в Нарнию, провозглашая ее конец, после чего судит всех жителей волшебной страны. Лишь те, кто был чист сердцем и предан льву, попадают в лучший мир – «настоящую Нарнию» (Рай).

Некоторые литературоведы отмечают общие черты у библейского мессии и Арагорна – одного из ключевых персонажей фэнтезийной эпопеи «Властелин Колец», написанной Джоном Толкиеном. Подобно Иисусу, Арагорн является потомком именитого правителя: роль царя Давида в Средиземье играет Исильдур. Как и у прообраза окончание его царствования повлекло раскол державы – на Северную и Южную (по аналогии с Израильским царством). Ещё одно сходство Христа с Арагорном – статус бродяги и совсем не возвышенный, приземленный облик странника.

Примечательно и то, что герой Толкиена, подобно мессии, был способен творить чудеса: в мире Средиземья «руки короля» – а им Арагорн был по крови – способны исцелять.

Нужно отметить, что не только Арагорн унаследовал черты культового библейского персонажа. Моргот – первый Темный Властелин, во многом, похож на Люцифера. Они оба были в числе старших и ближайших духов-помощников единого Бога-творца, но, возжелав большей власти, пошли против него и были наказаны за это.