Анжела новосельцева
Террористическая революция
Антиутопия всемирного Халифата с нотками «Игры престолов»
Этот материал мы решили отнести в рубрику "БеZOOMие".
Наш автор размышляет о сущности террористической революции на примере исламизации и "Игры Престолов". Внимание, статья содержит возрастное ограничение 18+
Коран, сура 4, аят 89: «Они хотят, чтобы вы стали неверующими, подобно им, и чтобы вы оказались равны. Посему не берите их себе в помощники и друзья, пока они не переселятся на пути Аллаха. Если же они отвернутся, то хватайте их и убивайте, где бы вы их ни обнаружили».
«Ко всему привыкает человек», - сказал когда-то русский классик и был прав. Даже самый жуткий ужас рано или поздно начинает казаться едва ли не обыденным. Наступает момент, когда услышав по телевизору новость про очередной теракт, мы тяжело вздыхаем и продолжаем поглощать мюсли с молоком. Массовые убийства настолько вросли в реальность нашей жизни, что перестали ужасать.

Да, в какой-то рандомной точке нашей планеты периодически что-то взрывается. Без объяснений, без причин, без ультиматумов – просто так. Источник насилия ничего не ждет, ничего не желает: ни уступок, ни переговоров. Массовые убийства – средство, но какова конечная цель? В чем стратегия, та высшая мысль, на которой держится и множится это насилие?
Исламские террористические группировки
Ночь темна и полна ужасов
Да, глупо отрицать. Мы безоговорочно приняли то, что в мире, независимо от нашей воли, от воли политиков и силовиков (что некоторым кажется спорным), существует некая темная сила, олицетворяющая собой абсолютное Зло. Иррациональное в своей деструктивности, алогичное, бессмысленно жестокое и беспощадное по отношению к Человечеству.

Мы даже не замечаем, как много в СМИ говорят о террористах и как мало - о самом терроризме как феномене. Как будто кто-то боится, что, узнав мотивы и цели, вникнув в идеологию ИГИЛ, мы невольно станем жертвами той самой пресловутой «промывки мозгов». Что мы вдруг слишком задумаемся, о чем не следует. И мы продолжаем ненавидеть врага, воображая его взбесившимся психопатом, с которым невозможен диалог, который не ведает, что творит. А раз его нельзя понять, то можно только физически уничтожить. Но не похоже ли это на лечение симптома, а не самой болезни?
Ведь есть что-то, с чего началась эта война, самая странная и абсурдная война в истории человечества. Война, которую никто не объявлял, в которой нет линии фронта, нет расстановки сил. Есть только мирное население, которое режут, как овец, на фоне древних памятников архитектуры. Давят на грузовиках. Расстреливают на площадях. Взрывают в метро. В автобусах. На вокзалах.
Взрывы на Бостонском марафоне 19 апреля 2013 года
Зима близко
Исламо-фанатический или исламистский терроризм – термин, который используется во многих научных исследованиях. Это стратегия систематического устрашения, конечная цель которой – революция. Революция в сознании, в культуре, в социально-политическом устройстве общества.

Это качественно иная революция, чем, например, та, что случилась столетие назад в нашей стране. Сейчас мы с вами - свидетели прямого столкновения двух культур, двух цивилизаций, двух мировоззрений. Несмотря на спорную трактовку определенных мест Корана, исламо-фанатический терроризм все же апеллирует к мусульманской духовной традиции, и потому происходящее во многом предстает как протест традиционной религиозной культуры против навязывания неолиберальных светских ценностей. Исламисты выступают не против христиан, как уже было когда-то, но против безбожного секулярного общества, которое оказывает свое социокультурное давление на страны с традиционным укладом и мировоззрением.

И, вероятно, если бы западная цивилизация не пребывала на стадии постмодернистского переосмысления собственных духовных основ, не переживала бы нигилистическое отрицание самой себя – уродливый эмбрион исламского терроризма так и зачах бы, не обретя ни силы, ни голоса. Представим себе некоторый коллектив, во главе которого стоит лидер. У него есть власть и сила, ум, воля и красота, но нет главного, что убедило бы остальных последовать за ним. В нем нет веры. В его сердце нет бога, но есть вечное сомнение, в его душе стираются границы между добром и злом. Все относительно – нормы морали, вечные ценности - он больше не верит в их истинность. Он хочет богатства, любви и славы, «выше, быстрее, сильнее». Но в чем смысл всего этого и что дальше? Нет никого, кто стоял бы выше него, он мнит себя венцом творения и не понимает, зачем был сотворен.

И вот она наша реальность - атомизированное отчужденное общество, состоящее из индивидуалистов и нигилистов. Появляются первые признаки морального разложения, как когда-то в могущественной Римской Империи. Формируется «золотой миллиард», и глобальные корпорации диктуют свою волю государствам, и Шпенглер пишет свой «Закат Европы» - про общество, в котором нет идей, веры и смысла.

В свете этого глубочайшего духовного кризиса, которое переживает западное общество, исламские террористы предстают настоящими революционерами-утопистами. Они желают повернуть реки вспять, вернуться к истокам, на много веков назад, когда мир был моложе и чище, когда в нем был Бог, а человек боялся и почитал его.

Теракт в Ницце 14 июля 2016 года
Пламя и кровь
Человечество медленно, но верно движется к закату своей эры, мир на грани, всевозможные нормы – культурные, социальные, сакральные – расшатаны. Необходим герой, воин, который обновит и спасет мир, создав Халифат. Чтобы сделать это, герою нужно преступить все запреты и ограничения насилия, существующие в этом обществе.
Исламистский терроризм зародился в 70-х годах прошлого века, именно тогда у экстремистского движения появилось свое лицо. Фанатическая религиозность, понимание справедливости как «воздаяния врагам веры» и убежденность в своем мессианстве.

Вербуя новобранцев в ряды ИГИЛ (прим.ред. – запрещенная в России террористическая организация), террористы, по факту, предлагают им альтернативную реальность, до примитивности упрощенную и черно-белую. Это подкупает, ведь сей «дивный мир» со своими правилами игры очень отдает сказкой, фэнтези, которое нас в последнее время так увлекает. Но чтобы погрузиться в этот мир, нужно иметь мифологическое мышление. Так погрузимся же в миф.

Человечество медленно, но верно движется к закату своей эры, мир на грани, всевозможные нормы – культурные, социальные, сакральные – расшатаны. Необходим герой, воин, который обновит и спасет мир, создав Халифат. Чтобы сделать это, герою нужно преступить все запреты и ограничения насилия, существующие в этом обществе. Только перешагнув через них, он может стать своим в некой общине, существующей вне законов этого нечистого и неправедного мира.

В этой сказке все просто: есть «мы» и «они», вечный «чужой», враг, которого должны уничтожить воины света - джихадисты, моджахеды и шахиды. На стороне воинов – Мухаммед, праведные халифы, сподвижники Пророка и члены общины. Главный мотив – месть, главное средство – насилие, цель – смерть. Все предельно просто. Убей или умри. Умри, чтобы убить.
Чем не очередной сезон «Игры престолов»? Средневековая идеология вместо средневековых декораций, но та же эстетизация насилия как закона всего сущего, тот же культ смерти, а месть – блюдо, которое больше не подают холодным. ИГИЛ (прим.ред. – запрещенная в России террористическая организация) предлагает своим новобранцам выйти из зоны комфорта, взять мечи и обагрить их кровью – не виртуальной, не киношной - стать героем, священным мятежником, сражающимся за высшее благо. Видео, которые снимают террористы – суть реалити-шоу, построенные на гламурных убийствах, шоу, переплюнувшее всевозможные сценарии западных продюсеров.

Почувствовать себя невыдуманным, настоящим, цельным - в нашем обществе потребления, симулякров, пародий на самих себя… Какая сила идеи, какой соблазн!
ИГИЛ, запрещенная в России террористическая организация, в захваченной Пальмире
Что мертво умереть не может
Общий антураж понятен, и привлекательность его очевидна для многих. Но что лежит в основе террористической идеологии на ее пути к переустройству мира? Массовое, систематическое, чудовищное насилие. И смерть.

Вечная дилемма - добр человек по своей природе или зол, «война против всех» или «подставь другую щеку». Но факт в том, что идеология исламо-фанатического терроризма зиждется на тотальной апологетике смерти. И тяга к смерти в сознании террориста становится иррациональной основой его существования.

О том, что в психике каждого человека уживаются две разнонаправленные силы – любовь к жизни и любовь к смерти, Эрос и Тонатос – писал еще Зигмунд Фрейд. Конкретный человек в конкретных жизненных обстоятельствах оказывается близок к тому или иному полюсу, к созиданию или к разрушению, к гармонии или к хаосу.

Джихад меча - это абсолютный культ насильственной смерти. В идеологии терроризма складываются такие нравственные идеалы, при которых главный критерий всех поступков - постоянная готовность умереть. Высшее наслаждение – предвкушение героической смерти. Шахиды улыбаются, когда приводят в действие смертоносные механизмы, ведь принося себя в жертву, они становятся мучениками, погибшими во имя священной мести неверным.

Удивительно, но эту революционную войну даже нельзя назвать посюсторонней. Всем своим существом она стремится в загробный мир, и сынов своих вдохновляет именно возможностью умереть во имя Аллаха.

Есть определенный сценарий в террористической идеологии, которым должна закончиться история человечества. Джихадисты верят, что когда в ходе войны останется лишь 5 тысяч воинов Аллаха, в сирийском городе Дабике произойдет финальная битва с неверными, в которой ислам одержит великую победу. Что будет после? Вероятно, образуется Халифат – единственное государство, угодное Аллаху. Дальше - не уточняется. Единственное, что очевидно: в ходе последней битвы люди практически истребят друг друга, однако именно к этому и стремится священная война – к своеобразной перезагрузке системы. Выходит, для ныне живущих нет никакого светлого будущего в этом земном мире. ИГИЛ(прим.ред. – запрещенная в России террористическая организация) не обещает никакого «жили они долго и счастливо». Только месть, кровь и вечная война на самоуничтожение.

При всей апокалиптичности террористической идеологии, она действительно привлекательна, и в связи с этим возникают вопросы. Как уничтожить то, что не боится смерти и даже стремится к ней? Как уничтожить идею, которая зреет в головах сотен, тысяч? Как уничтожить ненависть к существующему мироустройству? Как убедить людей, в том, что его не нужно менять, тем более – менять так?